Классика

«Седьмой крест» (1939) давно признан лучшим романом Зегерс. История семи заключенных, коие бежали из гитлеровского концлагеря Вестгофен и из коих только один смог спастись, беспокоила читателей различных стран задолго до такого, как книга могла увидеть свет в послевоенной Германии.

В первый том Сочинений чешского писателя Ярослава Гашека (1883-1923) вошли рассказы, фельетоны, памфлеты, написанные в 1901-1908 годах.

Перевод с чешского

Составление и примечания С. В. Никольского

Текст печатается по изданию: Гашек Ярослав. Собрание сочинений в шести томах. Т1.– М.: Художественная литература, 1983.

У повісті-хроніці І. С. Нечуя-Левицького (1838– 1918) з неперевершеним гумором, іноді навіть карикатурно змальовано життя українського духовенства 20—40-х років минулого століття. Читача захоплюватимуть смішні пригоди і старосвітських, і новітніх батюшок і матушок – численні «гарбузи» Балабухи, «скакання в гречку» його попаді Олесі, запопадливість у хазяйстві дружини Харитона Моссаковського. Глузуючи з духовенства, письменник з теплою симпатією показав народ, його побут, його несміливі спроби протесту проти різних знущань.

В Одессе нет улицы Лазаря Кармена, известного когда-то писателя, любимца одесских улиц, любимца местных «портосов»: портовых рабочих, бродяг, забияк. «Кармена прекрасно знала одесская улица», – пишет в воспоминаниях об «Одесских новостях» В. Львов-Рогачевский, – «некоторые номера газет с его фельетонами об одесских каменоломнях, о жизни портовых рабочих, о бывших людях, опустившихся на дно, читались нарасхват… Его все знали в Одессе, знали и любили». И… забыли?..

Он остался героем посторонних мемуаров (своих написать не успел), остался частью собственного времени, ставшего историческим прошлым, и там, в прошлом времени, остались его рассказы и их персонажи. Творчество Кармена персонажами переполнено. Он преисполнен такой любви к человекам, грубым и забавным, измордованным и мечтательно изнеженным, что постарается перезнакомить читателей со всем остальным человечеством.

В Одессе нет улицы Лазаря Кармена, известного когда-то писателя, любимца одесских улиц, любимца местных «портосов»: портовых рабочих, бродяг, забияк. «Кармена прекрасно знала одесская улица», – пишет в воспоминаниях об «Одесских новостях» В. Львов-Рогачевский, – «некоторые номера газет с его фельетонами об одесских каменоломнях, о жизни портовых рабочих, о бывших людях, опустившихся на дно, читались нарасхват… Его все знали в Одессе, знали и любили». И… забыли?..

Он остался героем посторонних мемуаров (своих написать не успел), остался частью собственного времени, ставшего историческим прошлым, и там, в прошлом времени, остались его рассказы и их персонажи. Творчество Кармена персонажами переполнено. Он преисполнен такой любви к человекам, грубым и забавным, измордованным и мечтательно изнеженным, что постарается перезнакомить читателей со всем остальным человечеством.

В Одессе нет улицы Лазаря Кармена, известного когда-то писателя, любимца одесских улиц, любимца местных «портосов»: портовых рабочих, бродяг, забияк. «Кармена прекрасно знала одесская улица», – пишет в воспоминаниях об «Одесских новостях» В. Львов-Рогачевский, – «некоторые номера газет с его фельетонами об одесских каменоломнях, о жизни портовых рабочих, о бывших людях, опустившихся на дно, читались нарасхват… Его все знали в Одессе, знали и любили». И… забыли?..

Он остался героем посторонних мемуаров (своих написать не успел), остался частью собственного времени, ставшего историческим прошлым, и там, в прошлом времени, остались его рассказы и их персонажи. Творчество Кармена персонажами переполнено. Он преисполнен такой любви к человекам, грубым и забавным, измордованным и мечтательно изнеженным, что постарается перезнакомить читателей со всем остальным человечеством.

Первый раз роман печатался выпусками в журнале «Редбук» (август-ноябрь 1939 г). Отдельным изданием получился в 1939 году в Великобритании (6 апреля) и в США (20 октября). Одна из сюжетных линий романа (преступление молодого мужа) подсказана писателю реальным уголовным процессом в Париже, на котором он посетил. Позднее Моэм навестил осужденного мужчину по месту отбывания наказания – в каторжной тюрьме Сен-Лоран де Марони во Французской Гвиане.

Уильям Батлер Йейтс стал первым Нобелевским лауреатом между ирландцев вообще и ирландских литераторов в частности, что целиком справедливо, – прославленная Британская энциклопедия и по сей день считает Йейтса одним из величайших англоязычных поэтов XX столетия.

Меньше известен русскому читателю другой Йейтс – горячий романтик и любитель дохристианской кельтской старины, в коей он видел основу духовного возрождения Ирландии, раздираемой противоречиями между католическим и протестантским вероучениями. Языческое прошлое Ирландии привлекало Йейтса еще и стихийной близостью к сверхъестественному, неуловимыми моментами интуитивного приобщения к гармонии природы. Эти восхитительные легенды, где грань между древнеирландским бытом и волшебным миром домовых, фей, эльфов иногда как оказалось абсолютно неразличимой, – реальный презент тем, кто привык считать прозу одной из форм поэзии, пронизывающей своим дыханием все земное существование человека.

Сборник представляет читателю одного из старейших мастеров испанской прозы; знакомит с произведениями, написанными в период республиканской эмиграции, и с творчеством писателя последних лет, отмеченным в 1983 г. Национальной премией по литературе. Книга отражает жанровое разнообразие творческой палитры писателя: в ней представлена психологическая проза, параболически-философская, сатирически-гротескная и лирическая.

Сборник представляет читателю одного из старейших мастеров испанской прозы; знакомит с произведениями, написанными в период республиканской эмиграции, и с творчеством писателя последних лет, отмеченным в 1983 г. Национальной премией по литературе. Книга отражает жанровое разнообразие творческой палитры писателя: в ней представлена психологическая проза, параболически-философская, сатирически-гротескная и лирическая.